(Из дневника Юдицкого Анатолия Евгеньевича)

Продолжение. Начало в № 18

Интересно, вчера в начальной школе рассматривали географическую карту, висящую на стене, где Германия с ее границами показана до Урала, а с Урала и далее на восток - Япония. Вот с каких лет эта бредовая блажь вкладывалась в головы детей. Ну что ж, хотели иметь границы до Урала, а на деле потеряли и то, что имели. Будут помнить русскую пословицу: «На чужой каравай рот не разевай».

Сегодня день ремонта аппаратуры и провода.

28 апреля 1945 года. Пока на старом месте. Ведем подготовку к будущим боям.

29 апреля 1945 года. В 01:30 подъем по тревоге - где-то прорвались немцы. Надо замкнуть прорыв нашим дивизионом. Двигаемся по автостраде км 15. Здесь положение, кажется, восстановлено, но до этого немцы наших крепко «пощипали». Съезжаем с автострады на проселочную дорогу, невдалеке от которой стоят четыре расстрелянных «студебеккера», в которых лежат наши солдаты, убитые находившимися в засаде немцами.

Пехотные батальоны развернулись, приняли боевые порядки. Провели несколько немецких пленных. Мы с пушками и связью продвигаемся вперед еще километра на два, находясь от противника в каких-то ста метрах. Нас разделяет только крутая насыпь какой-то дороги, проходящей через большой лесной массив.

В 16:15 противник перешел в контрнаступление, положение обострилось. Как потом выяснилось, здесь находились две группировки немцев по 7 - 8 тысяч человек каждая, которые пытались прорваться из окружения к Берлину. 17:25 - кругом летают разрывные пули. Немцы все чаще бросают фаустпатроны. Уходящий задним ходом от этого обстрела наш танк Т-34 наехал на нашу же пушку, выведя ее из строя. При отходе остались на месте еще два «студебеккера». Положение основательно обострилось. Начальство и мы со связью отходим последними километра на 1,5 - 2 назад и влево - до следующей дамбы.

Для того, чтобы успокоить разбушевавшихся немцев, была вызвана наша авиация, которая сбрасывала авиабомбы и вела обстрел не только по немцам, но и по нашим войскам, так как к этому времени в лесу перемешались все. Не помогли и опознавательные ракеты, которые бросали своим самолетам, показывая расположение наших частей.

Спаслись, наверное, чудом. Немцами было нарыто много окопов и щелей, в которых уклылись, пока шла бомбежка.

Немцам с этого окружения вырваться не удалось, кругом их били. Здесь, на автостраде, кроме наших 76-мм пушек, были и

152-мм, которые расстреливали почти в упор перебегавших через дорогу немцев. Смотреть на это было неприятно, но они не сдавались, а лезли и лезли напролом, хотя их было уже много перебито.

Еле дотащился со своей радиостанцией до машины, которая тоже потерпела аварию: немецкий снаряд (болвашка) угодил под брюхо кузова, пробил багажник, где находились инструменты и запчасти, улетевшие неизвестно куда. К концу дня немцев небольшими группами забирали в плен и отпускали к своим, чтобы прекратить бессмысленное кровопролитие, капитулироваться. Сдавшимся в плен обещали сохранить жизнь.

Ночь в тревоге провели под соснами, при этом было холодно, но разжечь костер было невозможно. Для нас этот бой закончился печально. Выбыл из строя 21 человек, из которых пятеро погибли. Таких боев мы здесь не ожидали, но это были последние смертельные схватки.

30 апреля 1945 года. Пока относительно спокойно. Еле отогрелись у костра. Добрались до двух своих брошенных автомашин. Все цело, только перевернуто вверх дном, видно немцы искали в машинах продукты, которых там не было. Опять провели три группы пленных немцев человек по двести. Немногим позже этот поток стал бесконечным: они сдавались под белыми и красными флагами. Шли пешком, ехали на повозках и машинах, солдаты, офицеры и даже какой-то генерал в карете в сопровождении нескольких женщин. Возможно, он был ранен. Да, это не 1941 - 1942 годы. Наверно, и не рады, что развязали войну, не один раз проклиная своего Гитлера. Как все изменилось.

Часов в шесть вечера выезжаем и километров через 8 - 10 останавливаемся в деревне Дорневальде. Часа через три опять на машины.

Получил возврат своего письма, адресованного сестре Тамаре, о смерти которой узнал из письма мамы, которое получил 20 апреля.

1 мая 1945 года. В 13:00 опять срочно выезжаем. Движемся строго на запад к городу Лукенвальде, где также происходит частичное уничтожение окруженной группировки немцев. Километров через 30 задерживаемся в деревне Готтов. Здесь немцы устроили засаду 197-й стрелковой дивизии. По рассказам очевидцев, шел не просто бой, а творился какой-то кошмар, да и сейчас кое-где вспыхивают перестрелки. Нас тоже направляют для вылавливания этих не сдающихся в плен групп, которым вбили в головы, что их все равно расстреляют или повесят. Даже после того, как раненым сделали перевязки и отправили в общую колонну, они все равно сомневаются, что останутся живы.

Через некоторое время начал двигаться бесконечный поток пленных. Их тысячи. Столько мне еще не приходилось видеть.

Двигаемся дальше, километров за пять до поселка Вольтерсдорф, километрах в двух от города. Поздно ночью, только после дачи всей связи, ложимся спать. Находимся километрах в 20 - 30 от Берлина.

Продолжение следует