Баннер
СРОЧНО!

Домой Добавить в закладки Twitter RSS Карта сайта

Детство отняла война... Печать
26.07.2018 08:01

Воспоминания дубненских ветеранов

Богатырёва Анна Филипповна (1932 г.р.)

До войны жили мы в деревне Чунеево Калининской области. Семья была большая ­ папа, мама, брат, четыре сестры и я. Когда началась война отца забрали на фронт. Он был дважды ранен, но каждый раз после излечения возвращался на фронт. Отец прошел всю  войну и вернулся домой.

Мама работала в колхозе, выполняла все работы, какие придется. Дети помогали взрослым. Например, во время посадки картошки мы закладывали навоз в борозды и бросали клубни, а когда шла уборка, картофель выпахивали плугом, а мы собирали его и ссыпали в кучу, осле чего уже женщины его сортировали. На заготовке сена мне приходилось косить вместе с мамой. У меня была маленькая коса, поэтому я неплохо справлялась с этой тяжёлой работой. Другие дети помогали ворошить сено и сгребать его. Также мы помогали выращивать и обрабатывать лён. Полученную куделю отправляли в Кимры на фабрику. Продукция кимрской фабрики из льна шла на фронт.

С первого по четвёртый класс я училась в деревне за полтора километра от дома. Книги у нас были, покупали тетради, но приходилось писать и на газетах. Чернила разводили из химических карандашей, которые нам дали советские солдаты. Бойцы целый год жили у нас в деревне. Пилили лес для фронта.

После четвертого класса мне учиться не пришлось. Во­первых, школа для старших классов было далеко – целых пятнадцать километров. Жить надо было на квартире и платить деньги, а денег, понятно, у нас не было. Во­вторых, надо было помогать маме, ведь нас, детей, в семье было шестеро. Младшей сестрёнке было меньше годика. Вот я и ухаживала за младшими.

Был у нас огород, корова, куры. Почти всё, что выращивали и получали от домашней скотины, сдавали в план государства. Землю на огороде пахали на лошади, сажали картошку, овощи и выращивали траву на сено для коровы. Немного зерна и сена нам давали из колхоза на трудодни, но всё же хлеб пекли с разными добавками: то мох сушили, толкли ­ получалась своего рода «мука», то картошку сочили. Даже траву какую­то добавляли в тесто и пекли «сдобные лепёшки». Весной на колхозном поле выкапывали мороженую картошку и пекли «тырганцы». Обувь, как и у всех, зимой ­ худенькие валенки, одни на двоих­троих детей. Весной и осенью – резиновые сапоги, которые тоже пропускают воду. Летом – босиком, везде, в любую погоду. Одежду давали соседи, у которых дети уже выросли из неё. Бани у нас не было. Мылись в русской печи. Чтобы не было насекомых в волосах, смачивали какой­то жидкостью, которой обрабатывали животных, или керосином.

В Дубну приехала в 1954 году к дяде, устроилась работать на Дубненский машиностроительный завод в охрану. Позже меня перевели в цех №8, где я проработала 35 лет крановщицей. Я даже самолёты готовые грузила для отправки на аэродром. Часто ездила в командировки в город Горький на авиационный завод, в Москву на завод №155. Нас там обучали работать лаборантами по герметике. А ещё я ездила на полигон в Капустин Яр. Там я следила, чтобы не было течи у самолётов.

Моя семья – это муж, две дочери, четыре внука и пять правнуков. Живу в квартире отдельно, по дому всё сама делаю, хотя после инсульта испытываю трудности. Мне даже дали вторую группу инвалидности. Все мои родные ко мне относятся очень хорошо.

Недавно мне исполнилось 85 лет. Так мои внуки и правнуки устроили банкет и оформили прекрасный альбом из фотографий с банкета. Соседи рассматривают фотографии с доброй завистью. Плохо, конечно, что часто недомогаю, болею диабетом, но всё же не устаю радоваться жизни. У меня окна квартиры выходят на ДК «Октябрь» и на детский сад. Я смотрю на детей, на добрых людей и на душе становится радостно.

Волынец Эда Николаевна (1935 г.р.)

До войны наша семья жила в Читинской области в посёлке Николаевский. В семье были папа, мама,  сестра, брат и я. Папа работал судьёй, поэтому на фронт его не взяли – была бронь. Помню, как провожали на фронт двоюродного брата. Увезли его и других молодых ребят на железнодорожную станцию, там двое суток они жили на вокзале, ждали, когда подадут свободный состав. Ведь их, молодых парней, было очень много. Попал брат на фронт под Сталинград. Воевал командиром роты, но пришлось покомандовать всего восемь дней – погиб. Мама работала бухгалтером на золотых приисках. Я училась в школе, где был организован госпиталь, поэтому мы занимались в три смены. Учебников не хватало – был один на пять человек. Классы были переполнены: по сорок человек в одном классе. Тетрадей не было. Я писала на тетрадях между строчек, на которых когда­то писал двоюродный брат. Какие были чернила даже не помню. Я писала химическим карандашом, его послюнявишь и пишешь. В школе нас частенько проверяли. Кто был очень худенький – давали дополнительно продукты, например, рыбные консервы. По карточкам давали хлеб, но нужно было выстоять огромную очередь.

Был у нас и огородик, но картошки не хватало. А я ещё нанималась к соседке на подработку. Сама она работала, а на ней был еще маленький внук – четыре годика, которого оставила дочка, уходя на фронт. Я должна была каждое утро одевать его и отводить в садик. За это женщина наливала мне чекушку молока. Мы были этому рады. А ещё многих выручала рыба, которую добывали в реке Амур, протекающей рядом.

Электричества у нас не было. В школе пользовались керосиновой лампой, а дома – коптилкой. Утром встанешь, а нос весь чёрный от дыма. Мылись в заводской бане. В квартире было много клопов. Их убивали, поливая кипятком.

После 10 класса мы переехали в Комсомольск на Амуре. Я поступила в авиационный техникум. Наш выпуск был ускоренным. Мы прозанимались всего 2 года и 4 месяца, после чего нас отправили на авиационный завод. Я работала технологом. В Дубну приехала к дочери уже будучи на пенсии. Дочь окончила Московский Авиационный институт и после окончания ее и мужа отправили по разнарядке работать в Дубну. Работала на Дубненском машиностроительном заводе. Сейчас я живу одна, но все мои близкие ­ дочь, сын (он лётчик), четыре внука и три правнука, заботятся обо мне и помогают во всех делах.

Елисеева Любовь Фёдоровна (1934 г.р.)

Наша семья жила  недалеко от железнодорожной станции «Турист».   Семья была большая ­ папа, мама, три  брата, я, бабушка и дедушка. Началась война,  и  отец  ушёл на фронт. Воевал под Ленинградом, получил ранение, после госпиталя приехал на долечивание домой. Через месяц уехал обратно  на фронт, снова был  ранен, опять попал в госпиталь.  После окончания войны отец вернулся домой, но остался инвалидом: получил серьезное  ранение в ногу, и   нога у него была, как подушка,  пальцы маленькие, пришитые.

В начале войны над нашей деревней летали немецкие самолёты и сбрасывали листовки. Ребятишки, играя, старались их  поймать, но нам не разрешалось этого делать. Немцы приближались. Нашу деревню и соседние населенные пункты  стали бомбить.  Вместе с другими жителями мы   убежали  поближе  к лесу  и жили в оврагах, а наш дедушка и сосед носили нам сало.

В деревне в одном доме жили девушки ­ связистки  или санитарки.  В  этот дом попала бомба, и  все они погибли. Потом на этом месте  был установлен памятник. Мы жили в землянке неподалёку от этого дома. Во время бомбежки землянку засыпало землёй, а  дедушка  нас тогда откопал. После случившегося  нас переправили в другую  деревню. Мы переживали, плакали.  В этой деревне было колхозное овощехранилище. Скоро приехали наши солдаты за картошкой и сказали, чтобы мы уезжали отсюда, так как скоро придут немцы. Тогда дедушка вырыл  землянку,  и нас перевезли туда.

Вся местность от станции «Турист» до Икши  была  изрыта окопами. Однажды  мама пошла в деревню Парамоново, но её не пустили, так как там глубокий ров был завален трупами наших бойцов. Видимо, наши солдаты укрывались там, но кто­то донёс немцам, и  бойцы были расстреляны. После войны на месте этой братской могилы установили  памятник.  В деревне Парамоново также установлен  памятник бойцам­героям.

Учиться я начала, когда прогнали немцев. В школу ходили через реку Икшу по брёвнам. Учебниками обменивались,  писали на каких­то бумагах. Только во втором классе нам выдали по тетрадке,  мы радовались и берегли их. Чернила  нам наливали учителя в баночки, и мы макали пером и писали.

Было голодно. Помню, у нас в классе была девочка из  богатой семьи.  Однажды на уроке она  тайком ела булочку, а мы глотали слюну и завидовали ей.  Как­то меня пригласили соседи. К ним кто­то приехал и привёз картошку. Они сварили клубни в мундире и дали мне  две  штуки с подсолнечным маслом. Как  это было вкусно!  До сих пор с благодарностью вспоминаю тот случай и говорю:  «Дай Бог им здоровья!».

 
 
< Июля 2018 >
П В С Ч П С В
            1
2 3 4 5 6 7 8
9 10 11 12 13 14 15
16 17 18 19 20 21 22
23 24 25 27 28 29
30 31          

Простая математика
Данные с ЦБР временно не доступны. Приносим свои извинения за неудобство.
Встреча, Газета , Ооо