Баннер
СРОЧНО!

Домой Добавить в закладки Twitter RSS Карта сайта

НИИ "Атолл": как создавалось предприятие Печать
24.03.2016 09:05

(Из  воспоминаний Юрия Михайловича Попова,  заместителя директора Акустического института АН СССР)

Продолжение. Начало в №10

С развертыванием проектирования завода режим работы у меня был весьма напряженным, вся переписка проходила под грифом «Совершенно секретно». Все документы, которыми мне приходилось пользоваться, находились в 1-м отделении министерства, их мог получить не раньше 9-ти часов утра. Если допускался вынос некоторых из них за пределы министерства, я обязан был их сдать в тот же день до 6-ти часов вечера.

Мне приходилось в течение рабочего дня бывать в нескольких организациях Москвы, нередко с организацией совещаний специалистов и руководителей по обсуждению и согласованию вопросов, связанных с проектированием, а поскольку я не имел своего транспорта, в течение дня из одного конца Москвы в другой мне приходилось добираться на метро, автобусах, трамваях.

Только после окончания рабочего дня (после 6-ти часов) я мог не спеша приехать на Савеловский вокзал. Возвращался в Дубну в 11-12 часов ночи, а на следующее утро в 6 часов ехал опять на электричке в Москву. В 9 часов утра почти ежедневно был первым в 1-м отделе, чтобы получить необходимые для работы документы, многие из которых выносить за пределы 1-го отдела не имел права, что в свою очередь создавало большие неудобства и трудности по деловым контактам с различными организациями, с которыми необходимо было согласовывать вопросы, связанные с проектированием завода, и выдавать исходные данные проектировщику ГСПИ Судпрома. Так как сроки разработки проекта были очень жесткими, то это вызывало затягивание проектирования. Такие условия работы были неприемлемыми, и я неоднократно ставил вопрос перед вышестоящими руководителями о необходимости создать в Дубне филиал 1-го отдела, но для этого требовалась штатная должность инспектора отдела. Вскоре на эту должность была офрмлена Надежда Иосифовна Сошникова. Н.И. Сошникова стала вторым сотрудником будущего завода. Она проявила себя как ответственный и деловой сотрудник.

Проектирование завода было в плане работы ГСПИ и благодаря энергии и настойчивости главного инженера проекта Е. И. Толкачева шло в высоком темпе как одно из первоочередных плановых работ ГСПИ.

Мне неоднократно приходилось докладывать о ходе проектных работ на заседаниях дирекции АКИНА, которые вел директор Николай Алексеевич Грубник (на фото). Также регулярно информировал партком института и имел постоянную связь с Дубненским ГК КПСС – с Н. А. Митиным и вторым секретарем Н.П. Федоровым. Эти и другие товарищи оказывали мне большую помощь в работе.

Как ни странно, но со стороны заместителя начальника 10-го Главка Судпрома по капитальному строительству Лапшова я встречал прямые помехи. Лапшов неоднократно, внося предложение в ГСПИ на проектирование предприятий, исключал из плана ГСПИ наш завод. Дело в том, что в это время план работы ГСПИ был очень напряженным, а наш 10-й Главк по заданию правительства должен был в очень сжатые сроки построить несколько приборных заводов, и Главку приходилось что-то исключать из плана ГСПИ, и по каким-то неведомым причинам Лапшов исключал из плана наш завод. На мой вопрос, почему так происходит, не получал от него вразумительного ответа. Естественно, приходилось предпринимать какие-то шаги, чтобы ГСПИ не прекращал проектирование. В этом большую помощь оказывала Н.К. Матвеева, составлявшая окончательный план первостепенных работ ГСПИ, оставляя в плане ГСПИ наш завод.

Находясь в ГСПИ, обязательно, кроме ГИПа, главного инженера и начальников отделов, был у начальника конструкторского бюро, а также непосредственно у разработчиков проекта, у их кульманов, хотя это запрещалось правилами работы КБ. Но мне нужно было знать, на какой стадии разработки находились чертежи. Эти и другие вопросы обсуждали с Е.И. Толкачевым.

В конце 1966 года мне стало известно, что Минсредмашу постановлением ВПК предписывалось построить несколько приборных предприятий. Первоначально одно из них намечалось построить в Савелове, но потом было решено в Савелове построить машиностроительный завод, а приборный завод – в Дубне.

Стало очевидным, что это создаст большие трудности для нашего предприятия. Во-первых, из-за весьма ограниченных производственных мощностей СМУ-5, а во-вторых, при комплектовании штатов мы со средмашевским предприятием будем конкурировать. А если учесть, что в это время на ДМЗ был некомплект станочников в несколько сот человек, то картина складывалась удручающая.

С этими соображениями я пошел в ГК КПСС. Первоначально меня вроде бы поняли и предложили написать письмо за подписью председателя горисполкома А.Н. Безобразова об отказе в отводе участка земли под строительство завода МСМ на основании постановления Совета министров СССР и ЦК КПСС о запрете строительства новых предприятий в Москве и Московской области, а также из-за недостатка человеческих ресурсов в Дубне. Я составил соответствующую справку за подписью  А.Н. Безобразова со всеми необходимыми данными, справку направили на пл. Ногина в Москву, в ВПК на имя помощника председателя. После чего сам направился в Мособлисполком, находившийся в то время на ул. Горького.

Это пришлось на период массовых отпусков, и в исполкоме почти никого не было из ответственных работников, кроме одного заместителя председателя и еще нескольких человек. На второй или на третий день мне с трудом удалось попасть к заместителю председателя исполкома, замещавшему Пронина. Я показал ему документы о строительстве, в виде исключения, завода АКИНА в Дубне за подписью Д.Ф. Устинова с резолюцией Л.И. Брежнева «Построить завод в Дубне». Ознакомившись с ними, заместитель председателя сказал: «Хорошо, у нас нет возражений, но сейчас отсутствует секретарь исполкома, поэтому постановление об отказе отвода земли МСМ будет только через месяц».

Так долго ждать было нельзя, и я решился: «Разрешите подготовить проект постановления, так как сроки поджимают, а дело не ждет». Он подумал, посмотрел внимательно на меня и согласился. От его имени обратился в секретариат, ознакомился с аналогичными постановлениями. После обеда снова зашел к заму с проектом постановления, он исправил несколько слов и сказал: «В четверг приходи на заседание исполкома». На заседании исполкома решение об отказе отвода участка МСМ было принято почти без обсуждения. И я, окрыленный таким исходом дела, поехал с этим известием в АКИН к директору Н.А. Грубнику, затем в 10-й Главк к Н.Н. Смирнову.

Я по-прежнему в своем штате имел только одну Надежду Иосифовну Сошникову. Она была хорошим помощником, но только по секретной части, а мне приходилось согласовывать, увязывать десятки вопросов для ГСПИ, причем все срочно и сверхсрочно, чтобы не задерживать разработку проекта. Если бы возникли задержки, то главный инженер ГСПИ мог снять проект с кульманов у разработчиков и переключить их на другие объекты, т.к. портфель заказов у него был переполнен. Нужно было выдавать исходные данные по электроснабжению, водоснабжению, для дюкеров, фильтровальной станции для жилого сектора и объектов соцкультбыта.

Но, как оказалось, успокоился я преждевременно. В конце 1967 года был в очередной раз в судостроительном отделе Госплана СССР на 9-м этаже (в этом здании теперь Государственная дума). Заведующий сектором, курирующий 10-й Главк Судпрома, сказал мне: «Пойдем в 1-й отдел». В 1-м отделе он попросил какой-то документ. В Госплане строго соблюдалась секретность, и документы в 1-м отделе не работникам Госплана не выдавались. «На, читай!» – сказал он. И я прочитал решение Мособлисполкома «Об отводе МСМ участка на строительство предприятия в Дубне». Это для меня был удар.

На следующий день отправился к первому секретарю ГК КПСС Николаю Павловичу Федорову. Это был исключительно деловой, четкий, внимательный и доброжелательный человек. Я рассказал ему всю ситуацию и просил поехать в Обком партии к Василию Ивановичу Конотопу или в ЦК КПСС к заведующему промышленным отделом. На это Федоров мне сказал: «Имею указание свыше, и мы с Безобразовым дали согласие на строительство второго завода, поэтому с тобой поехать я не могу». На мои горячие просьбы он сказал: «Если так упорствуешь, то поезжай сам!» Понятно, что я один поехать в такие инстанции без 1-го секретаря ГК КПСС не мог, да меня не стали бы слушать, т.к. мой ранг заместителя директора института был очень мал.

Вскоре в Минсудпроме меня огорошили известием, что Конаковский ГК КПСС обратился к Л.И. Брежневу с просьбой завод АКИНА перевести в г. Конаково, где первоначально намечалось его построить. Тут уж было не до жиру, быть бы живу. Директор АКИНА и в 10-м Главке Министерства тоже не захотели обращаться в высокие инстанции. Что было делать? И я решил использовать последнюю возможность – обратиться в ВПК.

Складывалась такая картина. В Дубне будут строить завод Средмаша – это город вполне устраивает, а второй завод если и переведут в Конаково, то с этой потерей можно согласиться. И я обратился к помощнику т. Смирнова – Владимиру Ивановичу (к моему великому огорчению, забыл его фамилию), рассказал ситуацию, всю историю, как решался вопрос, и что проект уже на 90% готов. Владимир Иванович очень внимательно отнесся к этой ситуации, ведь по проектному заданию мы должны были уже в 1972 г. изготовить 10 акустических станций для атомных подводных лодок.

В те времена все работали с напряжением и четко осознавали, что время не ждет. И Владимир Иванович помог! Он, на своем уровне переговорил в Секретариате Д.Ф. Устинова и Л.И. Брежнева. Леонид Ильич на письме конаковцев написал: «Завод АКИНА построить в Дубне, и к этому вопросу не возвращаться». Так окончательно был решен вопрос о заводе в Дубне.

Прошло много лет. Н.П. Федоров стал генеральным директором Объединения группы предприятий «Дубненский машиностроительный завод», проявив себя как талантливым  организатором и высококвалифицированным специалистом. Наконец проект завода был закончен и представлен проектировщиками на рассмотрение коллегии министерства. Заседание коллегии вел министр Борис Евстафьевич Бутома. Как положено, на коллегию были представлены макет завода и необходимые фотоснимки. Члены коллегии заинтересованно обсуждали проект, задавали много вопросов. Обсуждение проходило в положительном ключе, и,  как водится, последним свое мнение высказал министр. Борис Евстафьевич Бутома обладал  огромным опытом и знаниями. Его четкие и глубокие суждения снискали ему заслуженный авторитет и уважение. Он сказал, обращаясь к проектировщикам, примерно следующее: «Я с большим удовлетворением ознакомился с вашим проектом и думаю, что коллегия должна утвердить этот проект. Как мы видели, он отвечает всем требованиям сегодняшнего дня, думаю, что надо поблагодарить всех авторов этого проекта за хорошую работу. С большим удовлетворением я утверждаю этот проект!»

Продолжение в №12

 

 

Добавить комментарий


Защитный код
Обновить

 
< Марта 2016 >
П В С Ч П С В
  1 2 3 4 5 6
7 8 9 10 11 12 13
14 15 16 17 18 19 20
21 22 23 25 26 27
28 29 30 31      

Простая математика
Курсы валют на 30 Мая (cbr.ru)
byrBYR30.47(-0.08)
usdUSD56.71(-0.05)
eurEUR63.37(-0.30)
uah10 UAH21.47(-0.08)
Встреча, Газета , Ооо